В Тюменской области за 1937-1938 годы было репрессировано и расстреляно 7290 человек

varlamov.me
| Фото: varlamov.me

Маховик конвейера смерти

2 июля 1937 года телеграфные ленты из Москвы донесли до первых лиц областных и краевых парторганизаций совершенно секретную информацию: постановление ЦК ВКП (б) «Об антисоветских элементах».

Тюменская "банда"

В первые минуты получатели впадали в оцепенение от содержания этих лент. Их текст гласил: "Всем секретарям областных и краевых организаций, всем представителям НКВД взять на учёт всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были немедленно арестованы и расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки. Остальные, менее активные, но всё же враждебные элементы были бы переписаны и высланы по указанию НКВД. В пятидневный срок предоставить в ЦК партии состав троек, а также количество подлежащих расстрелу, равно как количество подлежащих высылке. Секретарь ЦК И.Сталин".

В стране развернулся невиданный размах репрессий. Каждая область или край обязаны были ежедневно подавать в Москву информацию о задержанных и расстрелянных по статье 58 – так называемых врагов народа. Началось негласное соревнование между регионами страны: кто больше арестовал и расстрелял врагов народа.

Передо мной архивное уголовное дело N 6136 тройки УНКВД Омской области по г. Тюмени за 1937 год, которое предоставили для просмотра в региональном управлении ФСБ России по Тюменской области. Слово "тройка" в данном случае обозначает внесудебный орган, состоящий из секретаря обкома партии, представителей НКВД и прокуратуры. В работе этих троек адвокаты для защиты не предусматривались. Задержанным гражданам зачитывалась выписка из протокола заседания тройки, после чего их расстреливали.

По делу N 6136 проходил 51 человек. Всем задержанным предъявили обвинение в том, что они якобы состояли членами контрреволюционной белогвардейско-повстанческой организации с центром в г. Омске, и все без исключения дискредитировали политику партии и советской власти.

Фальсификаторы из НКВД даже не собирали доказательную базу. Они наспех "сшили" уголовное дело на "банду" из 51 человека и отправили в вышестоящий орган в г. Омск для принятия окончательного решения. В Омске никто в подробности дела не вникал, поставили подписи на документ – и делу конец.

Конвейер по задержанию и заключению под стражу работал без остановки. Те, кто не обеспечивал контрольные цифры по поиску врагов, сами попадали в тот конвейер со всеми вытекающими последствиями.

В списке арестованных оказались и жители Тюменского района. Информация о них очень скупая, но хочется назвать всех. Возможно, найдется кто-то из родственников и свяжется с автором этих строк. Вот имена из уголовного дела:

"Зырянов Иван Захарович, 1900 г.р., родился в деревне Мичуриной Тюменского района. В армии Колчака служил добровольцем. Проживал последнее время в Тюмени".

"Ушаков Прокопий Артемьевич, 1899 г.р., происходил из кулаков д. Мичуриной. Служил в армии Колчака".

"Костылев Павел Иванович, 1884 г.р., уроженец д. Мичуриной. Происходил из кулаков. Жил в Тюмени и работал сторожем автодорожного рабфака".

"Избыш Иван Фролович, 1896 г.р., уроженец деревни Борки Тюменского района. Русский, беспартийный. Служил в армии Колчака в чине поручика. Проживал в Тюмени и работал бухгалтером промышленно-строительной кассы".

Есть в списке Огибенин Григорий Тарасович. В уголовном деле о нём всего несколько строк: "Огибенин Г.Т., беспартийный, в 1918-1919 годах служил в армии Колчака в чине прапорщика. Жил в Тюмени, работал преподавателем химии в педагогическом институте". Григорий Огибенин приходился сыном известному фотографу и владельцу фотоателье, члену Тюменской городской управы и Думы Огибенину Тарасу Климентьевичу. Григорий Огибенин окончил полный курс реального училища в Тюмени, затем стал студентом Петроградского горного института. Был мобилизован в армию Колчака, после 1919 г. в Канске перешел на сторону красных. А в 1928 году он преподавал химию в Тюменском сельхозтехникуме. В 1929 году был лишён избирательных прав. Позднее работал учителем химии автодорожного института, затем преподавал химию в пединституте. В сентябре 1937 года был арестован в Тюмени.

Тюменская судоверфь. Временная электростанция. 1928 год.

Георгиевский кавалер Коновалов

Еще одна фамилия: Коновалов Валентин Георгиевич, 27 июля 1888 г.р. Валентин Георгиевич хоть и родился в Нижнем Новгороде, но с 1917 года проживал в Тюмени, работал бухгалтером на судоверфи. Между судоверфью и колхозом "Памяти Ленина" в селе Борки был заключён договор о взаимовыручке. Бухгалтеры тюменской судоверфи обязались ежегодно помогать колхозникам составлять основной хозяйственный документ – промфинплан на год. А на посевную и уборочную кампанию ехали в колхоз на подмогу рабочие и служащие этого предприятия.

Валентин Коновалов – подпоручик, участник Первой мировой войны и полный кавалер Георгиевских крестов. По информации Тюменского госархива, Коновалов после революции успел послужить в Тюменской губернской милиции, в белой армии подпоручиком у адмирала Колчака и даже в рядах Красной Армии. Время было сложное. Власть в регионах переходила из рук в руки. Сегодня в городе белые, а завтра – красные. И так с лета 1918 г. и большую часть 1919 года. Трудно было простому человеку определиться, на чью сторону встать в этой братоубийственной войне.

Нелюбовь большевиков к участникам Первой мировой объяснялась тем, что, по их мнению, не было в этой войне героизма и побед русского солдата. Декретом Совнаркома от 16 декабря 1917 года, подписанным В.И.Лениным, "Об уравнении всех военнослужащих в правах" ордена и другие знаки отличия, в том числе Георгиевский крест, были отменены. Поэтому и награды с той войны большевиками не признавались, а бывшие кавалеры Георгиевских крестов, служившие в царской армии при советской власти, в первую очередь считались врагами.

Кавалеров солдатских Георгиевских крестов и медалей по окончании военных действий предполагалось вносить в общий Вечный список. Война же для России, как известно, окончилась революцией, и в Вечном списке остались лишь нижние чины, получившие награды до 1913 г. Но в этот список попали и офицеры, награждённые орденом Св. Георгия за весь период 1914-1918 гг. На рядовых и унтер-офицеров, или, точнее сказать, на младший командный состав, информации очень мало, и она находится в разных архивах в небольших объёмах. Общей базы данных по сей день не создано.

На момент ареста 11 сентября 1937 г. Коновалов В.Г. проживал в Тюмени по ул. Новая (ныне Профсоюзная), д.72. Работал бухгалтером ФЗУ судоверфи. Состав семьи: жена Мастридия Кузьминична Огарышева, 34 лет, фельдшерица станции скорой помощи г. Тюмени. Приёмная дочь Ивинских Екатерина Андреевна, 10 лет; тёща Аре(и)стова Соломонида Леонтьевна, 85 лет. Сестра Третьякова Ольга Георгиевна, 42 года и сестра Коновалова Таисия Георгиевна, 37 лет, проживали по ул. Камчатской. Перечисляю их в надежде, что откликнутся потомки героя.

Хочу добавить, что бухгалтер Тюменской судоверфи Валентин Коновалов на момент задержания являлся инвалидом 1-й группы. У него отсутствовали обе ноги. Где и при каких обстоятельствах он потерял конечности, выяснить пока не удалось. Но хотелось бы знать, у кого не дрогнула рука расстрелять инвалида и полного кавалера Георгиевских крестов? В царской России было запрещено применять по отношению к обладателям Георгиевских крестов даже телесные наказания. Это была гордость русской армии, и полным кавалерам Георгиевских крестов обязаны были отдавать честь первыми все офицеры, вплоть до генерала. Обладатель четырех Георгиевских крестов был в те годы не только героем, но и получал пожизненную пенсию в сумме 120 рублей в год, это были солидные деньги.

Здание НКВД г. Тюмени. Дом был разрушен в 1998 г. В настоящее время на его месте располагается Библиотечно-информационный центр ТГУ, перестроенный на манер старого здания.

Расстрел по разнарядке

За два месяца следствие по уголовному делу N 6136 закончилось. В материалах есть краткая информация о допросах заключённых. Читаешь эти документы, и создаётся впечатление, что следователи не слышали обвиняемых, потому что кто-то и где-то давно за сотрудников Тюменского НКВД всё решил. Может быть, в Омске или в Москве на Тюмень дали разнарядку, сколько человек расстрелять, а кого отправить на 10 лет в Магадан или на Колыму. Ведь в те страшные годы подобные разнарядки на расстрел неблагонадёжных граждан, именуемых врагами народа, выдавались, как ныне выдаются лицензии на отстрел птицы и зверя.

Из уголовного дела: "Считая следствие по настоящему делу законченным и инкриминируемое обвинение привлечённым по делу лицам вполне доказанным, постановили: следственное дело по обвинению Пешкова Д.А., Миронова М.И., Кетова Н.Н. и других, всего в числе 51 человек, по ст. 58 п.2-7-10-11 УК РСФСР направить на рассмотрение тройки УНКВД по Омской области. Оперативный уполномоченный 3 отделения Тюменского городского отдела НКВД лейтенант госбезопасности Акимов".

Из выписки протокола N 38 заседания тройки УНКВД Омской области от 31 октября 1937 года: "Зырянов И.З., Ушаков П.А., Костылев П.И., Избыш И.Ф., Огибенин Г.Т., Коновалов В.Г. и другие (всего 51 человек – авт.) обвиняются по п. 2, 7, 10, 11 ст.58 УК РСФСР в том, что состояли членами контрреволюционной белогвардейско-повстанческой организации, систематически дискредитировали политику партии и советской власти. Постановили: Зырянова И.З. и других в количестве 48 арестованных по делу N 6136 Тюменского оперсектора НКВД – расстрелять. Жилинскому А.С. и Констанскому П.А. расстрел поменять на 10 лет ИТЛ (исправительно-трудовой лагерь – авт.)". Этот документ подписали начальник 8-го отдела УНКВД г. Омска лейтенант госбезопасности Тихонов и инспектор, сержант госбезопасности Морозов.

Ночью 3 ноября 1937 года 49 арестованных были расстреляны в подвале здания НКВД г. Тюмени по ул. Семакова, 18. Затем их тела скрытно перевезли и сброcили в общую яму на Затюменском кладбище. А тем временем тюменскую тюрьму уже пополнила очередная "банда врагов народа", которые через месяц или полтора будут также расстреляны. Маховик конвейера смерти только набирал обороты, а впереди ещё был 1938 год.

Тюремный замок. Сегодня здесь размещаются колония строгого режима № 1 и СИЗО

"За допущенную фальсификацию…"

Под каждым "расстрельным" документом стояли подписи конкретных людей. Не каждому из них удалось избежать наказания.

Удивительный поворот сделала судьба лейтенанта госбезопасности Акимова, который готовил документы на задержанных, а после расстрелянных граждан Тюмени и Тюменского района. В архивном уголовном деле N 6136 имеется выписка из протокола заседания Омского обкома ВКП (б) от 25 января 1940 года: "Тов. Акимова Александра Петровича, члена ВКП (б) с 1920 г., партбилет N 0346835, работающего начальником отделения Тюменского горотдела НКВД, за допущенную фальсификацию следственных материалов в 1938 г. из органов НКВД уволить. Обязать Тюменский горком партии обсудить вопрос о его партийной ответственности".

Сколько всего подвёл невинных граждан под расстрельную статью товарищ Акимов, неизвестно, как неизвестна и его дальнейшая судьба.

22 сентября 1956 года Президиум Тюменского областного суда постановил: "Решение тройки УНКВД Омской области от 31 октября 1937 года по делу: Коновалова Валентина Георгиевича и других (всего 50) отменить и дело за недостаточностью собранных улик производством прекратить". В соответствии с п.11 Закона РФ "О реабилитации жертв политических репрессий" от 18.10.1991 года все граждане, проходящие по этому уголовному делу, реабилитированы.

По данным первого отдела КГБ СССР, в 1937 году осуждено 790665 человек, из них к высшей мере – 353074. В 1938 году – 554258 человек, из них приговорено к высшей мере наказания 328618.

Многие авторы сообщают, что в Тюменской области в 1937-1938 г. было расстреляно 7290 человек. Сколько крови народной было пролито "стахановцами" из НКВД, вампирами в человеческом обличье!

t-l.ru

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ "Борки"

comments powered by HyperComments