Воспоминания бывшего главы администрации Тюменского района Валерия БУГАЕВА

Тюменский район: 80-90-е

Волею судьбы мне довелось руководить Тюменским районом в весьма непростое время: с начала 80-х до 2001 года, то есть практически два десятка лет, возможно, самых драматических. Тюменский район для меня – это больше, чем просто отрезок жизни. Это самое лучшее, что в ней было.

"Застоя" у нас и не было…

Хорошо помню людей, с которыми работал, видел, как они, не жалея себя, трудились во благо района, страны, как решали сложнейшие задачи переходного периода, пытаясь сгладить последствия реформирования, сохранить коллективы, объёмы сельхозпроизводства, обеспечить достойную жизнь тружеников села. В те времена мне приходилось, руководствуясь логикой и здравым смыслом, принимать непростые решения (порой противоречащие действующему законодательству), брать на себя ответственность за решение тех или иных проблем, в том числе возникших в результате непродуманных реформ.

О восьмидесятых годах сегодня принято говорить, как о годах "застоя". Но значительная часть сделанного в районе приходится, как ни странно, на это время.

Жили мы тогда достаточно стабильно, хозяйства и предприятия развивались планомерно и устойчиво, из года в год росли объёмы производства промышленных и сельскохозяйственных товаров, продуктивность скота и его численность. Всё возрастающими темпами велось строительство жилья, объектов производственного и социального назначения. Активно строились дороги и благоустраивались посёлки. Экономика была пусть не очень эффективной, но вполне устойчивой. Объёмы производства промышленной и сельскохозяйственной продукции в 1989-1990 годах были максимальными за всю историю существования района.

Каскаринскую капусту отгружают на север области

И это неудивительно. В целом по стране сельское хозяйство давало треть национального дохода государства. Более половины всей продукции уходило в промышленную переработку, использовалось в качестве сырья почти во всех отраслях народного хозяйства. Более того, продукция селян и промышленные товары, создаваемые из неё, составляли почти три четверти фонда народного потребления. Центральные органы страны по возможности помогали сельскому хозяйству, принимали значимые документы по специализации и концентрации производства, освоению новых земель, развитию мелиорации, укреплению материально-технической базы колхозов и совхозов. Количественно и качественно обновлялся машинно-тракторный парк, росли поставки минеральных удобрений, объёмы капитального строительства.

Так, к примеру, только органики, в основном торфа, за зимний сезон в Тюменском районе вывозилось на поля более миллиона тонн.

Именно в эти годы проводилась большая работа по специализации и концентрации производства. Были введены мощности птицефабрик "Боровская", "Тюменская", "Пышминская", кролиководческого комплекса в Горьковке. Реконструировались и расширялись животноводческие фермы, обновлялись технологии, строились в необходимых объёмах картофелехранилища, яровизаторы, позволившие резко увеличить производство картофеля, в том числе раннего до 15-16 тыс. тонн.

О том, что в районе так называемым "застоем" не пахло, говорит и такой пример. В начале 80-х годов молочное стадо в 18 тысяч коров имело продуктивность чуть более 2500 кг, к началу 90-х – уже более 3000 кг, а к 2000 году мы вышли на удой более 4000 кг. По этому поводу было изготовлено большое количество памятных кружек. Они наверняка сохранились у многих животноводов как символ напряжённого труда работников ферм и полей.

Успенский цех растениеводства на своих площадях собирал с каждого гектара более 50 центнеров зерна. Это даже для Кубани приличный показатель. От 30 до 40 центнеров получали в совхозах "Переваловский", "Червишевский", им. Калинина, учхозе сельхозинститута и др. Валовый сбор овощей составлял более 600 тысяч тонн, две трети из них отправляли на север области, нефтяникам и газовикам. Селяне ежегодно увеличивали сбор сельхозпродукции.

Люди жили небогато, но уверенно смотрели в завтрашний день. В каждом третьем дворе на селе имелись машина или мотоцикл, и приобретали их в основном люди труда. Практически у каждого пенсионера была какая-то заначка на "чёрный день".

Конечно, проблемы были, но говорить, что в эти годы всё было плохо, тоже нельзя. Не мне одному жаль, что распалась такая огромная страна, которую мы искренне любили и во имя которой совершали трудовые подвиги.

Но так получилось, что именно на долю нашего поколения выпало стать участниками уникальнейшего в историческом плане события: смена государственного строя, отказ от плановой экономики, трансформация социализма в капитализм. Конечно, когда-то всё это станет далёкой историей, но нам пришлось на себе испытать весь драматизм того времени.

Губернатор Леонид Рокецкий и глава Тюменского района Валерий Бугаев

Не на пустом месте

Тюменский район в начале 80-х занимал одно из ведущих мест в области. А это 24 сельских и поселковых совета, 75 населённых пунктов, более 100 тысяч населения, 23 крупных хозяйства, в т. ч. 3 птицефабрики, 18 тысяч коров, 65 тыс. га сельхозугодий, более 4 тыс. га картофеля, 2,5 тыс. га овощей. Хорошо была развита промышленность, особенно производство стройматериалов, лесное хозяйство.

Всё это – труд большого числа людей, работников ферм и полей, талантливых, грамотных специалистов и руководителей хозяйств, и, конечно тех, кто руководил районом в те времена. Среди них Николай Иосифович Ребров, Иван Николаевич Стебеков, Николай Алексеевич Чернухин, Владимир Степанович Смирнов, Иван Иванович Иванов, Полина Михайловна Хабарова, Владимир Николаевич Челышкин, Александр Фёдорович Широков. Каждый из них оставил свой след, внёс частицу своей души в развитие территории. Так что работать я пришёл не на пустое место. Мне, не имеющему должного управленческого опыта, предстояло продолжить развивать и дальше экономику района, кардинально повышать качество жизни тружеников села.

Коммунистическая партия была в то время в самой силе, аппараты райкома КПСС и исполкома райсовета были укомплектованы высокопрофессиональными кадрами. Поэтому мне и в голову тогда бы не пришло что-то менять в этой команде. В дальнейшем, по ходу работы, я сначала совместно с райкомом КПСС, а потом единолично принимал кадровые решения. Так образовалась команда Бугаева, которая отвечала за развитие района практически 20 лет, команда настоящих профессионалов, хорошо знающих своё дело.

Особенно трудными были первые годы работы. Первое, с чем я столкнулся, – большой объём входящей корреспонденции, каждый документ надо было прочитать, отреагировать, поручить исполнение. Выручил Кирилл Кириллович Десятников, опытный аппаратчик. Зайдя как-то поздно вечером и увидев мой стол, заваленный бумагами, сказал: "Валерий Алексеевич, не мучайтесь. Не знаете, как решить вопрос – отписывайте его мне". Ценным работником оказалась и Лариса Николаевна Войнова, которую я знал ещё со времён работы в племсовхозе "Туринский". Молодая, видная, активная, она занимала пост секретаря исполкома, превосходно готовила документы на заседания. Она и сейчас, будучи на пенсии, активно участвует в жизни района, пишет статьи в газету "Красное знамя", организует мероприятия различного уровня. Повезло мне и с замами, руководителями отделов аппарата администрации. В то же время за нами стояли руководители хозяйств, предприятий, председатели сельских исполкомов и др., с которыми надо было сообща решать задачи, и которым надо было давать поручения. В общем, руководить ими, что далось мне нелегко.

Слава богу, год продержался. Возникал проблемный вопрос – вникал, старался решить. Руководители на местах действовали параллельно. Помог и опыт работы в обкоме КПСС, где меня за семь лет научили работать с документами, анализировать статматериалы, улавливать тенденции на местах, делать выводы и т.д. Это здорово выручало, поскольку на планёрках или совещаниях приходилось аргументировать свою позицию цифрами и статданными. Со временем я приобрел большой опыт публичных выступлений, как на районном, так и на областном уровнях.

Хочу отметить, что отношение ко мне руководства области было терпимое, хотя, признаюсь, не всегда мог промолчать, не вступать в спор. Л.Ю.Рокецкий не лукавил, когда говорил: "Бугаев, как ты мне надоел!".

Через два года я окончательно вник в проблемы территории, познакомился с людьми, жизнью сельских тружеников, старался находить с ними общий язык.

Газификация п.Московский

А проблем хватало

Одной из проблем были дороги. Достаточно сказать, что в начале 80-х годов в перечне дорог с твёрдым покрытием значились в основном только радикальные лучи федеральных трактов (Тобольский, Ялуторовский, Исетский, Московский). Старожилы помнят, с каким трудом по бездорожью приходилось добираться в город из Салаирки, Нариманово, Новотарманска, Чаплыка, Костылево, Мичурино, Чёрной Речки, Криводаново, Якушей, Чикчи, Есаулово, Мальково, Субботино, Речкино, Кулиги, Каменки, Янтыка, Марая, Зырянки, Муллашей, Пышминки (специально их перечислю, чтобы подчеркнуть глубину проблемы).

Я хорошо помню, как из Чикчи в распутицу доставляли молоко на молзавод. Продукт скоропортящийся, каждая минута дорога. Поэтому впереди ехал трактор "Беларусь", а на "удавке" – молоковоз, либо добирались по лесным дорожкам через военный городок в Боровом.

А Салаирский тракт?! Между Молчаново и Новотарманском даже мощные тракторы К-700 тонули. Люди на машинах изъездили все леса, благо были они сосновые. А что творилось на полях в осеннюю распутицу – лучше не вспоминать. На подъёме от Мичурино в сторону Чёрной Речки дорожные строители две "вертушки" щебня насыпали – всё тонуло, как в бездне. Затем кто-то из дорожников предложил забутить крупным камнем. Целый эшелон камня пришлось вбить в эту грязь, только после этого дорога перестала проваливаться и держится до сих пор.

Предстояло решать и многие другие годами нерешённые проблемы.

О благоустройстве улиц во многих населённых пунктах приходилось только мечтать. О газификации не было и речи, хотя газ десятки лет транзитом шёл через нашу территорию. Телефонная связь – одни проблемы. Проводное радио дышало на ладан, вызывая справедливые упреки людей. Я уже не говорю об огромных очередях на жильё, покупку машины.

Сельское хозяйство хоть и неплохо было развито, но работало недостаточно эффективно. На картофельных и овощных плантациях преобладал ручной труд. Десятки тысяч горожан пололи поля и вручную убирали выращенную продукцию. Привесы бройлеров держались на уровне 17-19 граммов. Из-за отсутствия газа сушильное оборудование в хозяйствах было крайне примитивным, поэтому совхозы были вынуждены избавляться от зерна, сдавая его на хлебоприемные пункты. Много зерна портилось на зернотоках и в хранилищах. Кроликов в Горьковке хоть и много было, но выращивались они по очень затратным технологиям с огромным расходом электроэнергии. Правда, на это дело выделялись значительные средства из областного бюджета.

Бросалась в глаза большая пестрота в продуктивности дойного стада, в урожайности, значительные потери произведенной продукции, отход животных, особенно молодняка, низкая производительность целинных отрядов. Поступали жалобы на коммунальщиков, на холод в квартирах, на качество воды, перебои в электроснабжении и т.д.

В Падерино строится новый ФАП

Не хлебом единым

Серьезные проблемы были в медицине, не хватало ФАПов. Районные больница и поликлиника ютились в бревенчатых развалюхах. Многие ещё наверняка помнят сгнившие полы в отделениях, где трудно было соблюдать необходимую чистоту и нормативные требования. Объективности ради надо отметить, что и в этих условиях медперсонал работал достойно. Главврач Георгий Леванович Мерабишвили сформировал высокопрофессиональный и дружный коллектив врачей и медперсонала.

Здание районного суда, кто помнит, находилось на улице Степной, в полуразвалившемся деревянном доме. Однажды ночью оно совсем рухнуло, и утренний ветер разносил по улицам сотни уголовных дел. Составы судов (а их было около шести) разместили по всему городу.

Районное отделение внутренних дел сначала размещалось на улице Луначарского возле бывшего райкома КПСС. Потом из-за тесноты было переведено на Тульскую, где места также было мало, а из подвала проникали запахи из дырявых канализационных труб. В каждом кабинете сидело по 3-4 следователя, что существенно затрудняло их работу. Районная прокуратура занимала тёмное сырое помещение на улице Луначарского с узкими окнами-фрамугами под потолком. И здесь была такая же теснота.

Не везде были Дома культуры. Во многих деревнях клубные здания выглядели как сараи. Библиотеки ютились в неприспособленных зданиях. У работников культуры возникали проблемы с костюмами для выступлений. Катастрофически не хватало добротных музыкальных инструментов, не было ни одной музыкальной школы. Я уже не говорю о том, что в районе не было ни одного действующего православного или мусульманского храма. Все они были полуразрушены, использовались под склады, гаражи или представляли собой груды развалин.

К моему приходу на окраине города по Московскому тракту одиноко стояло нынешнее здание администрации района, а дальше расстилалось чистое поле. Кстати, приведу любопытную, наводящую на размышление деталь: в то время в этом здании размещались практически все службы района, и я их специально перечислю: райком, райисполком, райком комсомола, финотдел вместе с налоговиками, райсобес, земельный отдел, комитет народного контроля, отдел народного образования, статистика, управление сельского хозяйства с диспетчерским пунктом, планово-экономический отдел, отдел культуры, гостехинспекция, отдел по охране природы, совет ветеранов, совет инвалидов, ЗАГС, пенсионный фонд, райкомы профсоюзов сельского хозяйства и народного образования. При этом все холлы и коридоры были свободными.

У большинства работников администрации, райбольницы, милиции и других районных организаций не были решены вопросы с жильём, квартиры практически не выделялись, что создавало дополнительную напряжёнку. Всё это надо было как-то разгребать, одновременно решать текущие вопросы, в том числе требующие экстренного реагирования.

Беру на себя

В то время мне приходилось брать на себя такие решения, за которые сегодня наверняка бы попал за решётку. Средства приходилось изыскивать всеми возможными путями, областных не хватало. Взять бы хотя бы газификацию района. Только три котельных (на птицефабриках) отапливались газом. Главным сдерживающим фактором, конечно, было отсутствие денег. Тогда, в начале 90-х годов, нами было принято весьма рискованное решение: все газостроительные организации и кооперативы, зарегистрированные на территории района, освободить от уплаты налогов, а на эти деньги строить газопроводы. Это больше десятка организаций, в том числе Газпром, который очень помог нам. Потом, правда, были проблемы с налоговиками, но это отдельная история.

Самый тяжёлый период пришелся на 1994-1998 годы, когда разваливались и останавливались предприятия, не хватало бюджетных средств на выплату зарплаты, пособий, содержание школ, больниц, других объектов соцкультбыта.

В 80-х школы финансировались нормально, педагогам платили приличную зарплату и разные виды надбавок, своевременно закупались учебные пособия, даже начали приобретать компьютерные классы. А в 90-х именно учреждения социальной сферы приняли на себя наиболее сильный удар из-за невыплаты зарплаты, школы одна за другой шли на крайние меры, объявляя забастовки. До сих пор помню педагога из Онохино, которая всё-таки вывела учителей на митинг у областной администрации. Как главе района мне постоянно приходилось встречаться с коллективами, смотреть в глаза отчаявшихся людей. Я бесконечно благодарен всем медикам, учителям, работникам культуры за их терпение, самоотверженный труд и самое главное – за понимание и поддержку в те нелёгкие годы.

Главврач Георгий Мерабишвили, губернатор Леонид Рокецкий и глава администрации Тюменского района Валерий Бугаев на открытии районной больницы

Читать далее>>>

НОВОСТИ ПО ТЕМЕ "История"

comments powered by HyperComments